– Почему?
– спросил герцог, понимая, что хуже ему выглядеть некуда.

– Ясное дело, драконы не пускают, - презрительно фыркнул мрачный дарх в оранжевой накидке.
– Я бы на вашем месте ушёл и больше не возвращался.

В абсолютной тишине, под тяжестью взглядов множества глаз друзья направились к выходу и вздохнули с облегчением, лишь оказавшись на улице.

– И что теперь делать?
– хмуро спросил Лонцо.

– Передохнём пару дней в какой-нибудь таверне, чтобы ноги к суше привыкли, и поедем в Аблах. Этот порт ближе к Архипелагу, может, там рыбаков каких найдём…

– Аблах на другой стороне материка, - напомнил Дорский.

– Я и говорю, отдохнём сначала, - вздохнул Вирин.

– Тебе не кажется, что дархи все сумасшедшие?
– спросил Вирин, когда друзья покинули набережную и углубились в город.

У них появилось стойкое ощущение, что дома здесь строили великаны. Ни одно здание не насчитывало больше двух этажей, но высотой все они могли поспорить с башнями Старого Замка. Усиливала это впечатление и кладка стен - массивные, грубо обработанные каменные блоки.

– Может, местное население было рослым, а с годами усохло… стопталось?
– хмыкнул Лонцо.

В этот миг сзади послышался повелительный окрик сперва на дархосе, потом на харраните и, наконец, на лагосе.

– Расступитесь! Дорогу верховному жрецу его величества!

Друзья оглянулись. Прохожие спешно расступались, прижимаясь к стенам, и вскоре из-за угла показался экипаж, запряжённый четвёркой великолепных гнедых. Карета была открытой, и Лонцо смог разглядеть не только кучера, но и сидящего внутри немолодого мужчину с хищным носом, не потерявшимся даже на оплывшем лице. Одет он был в чёрный шёлковый балахон с откинутым на спину капюшоном. Пронзительные тёмные глаза скользили взглядом по сторонам, в постоянной готовности задержать на чём-то внимание. Когда экипаж поравнялся с Лонцо и Вирином, жрец мельком взглянул на них и вдруг изменился в лице. Он быстро сказал что-то кучеру, и экипаж замер.

– Небо, Семью озарённое, откуда он здесь взялся?
– с досадой выдохнул Вирин к удивлению герцога, так и не нашедшего в полном лице знакомых черт.

Жрец меж тем с удивительной для его тучной фигуры лёгкостью спустился на землю и с радушной улыбкой направился к друзьям.

– Виронсо, малыш! Вот уж не ожидал!
– радостно пробасил он.
– Ты ли это?

– Виронсо?
– тихо удивился Дорский.

– Это моё полное имя, - вздохнул музыкант и тоже растянулся в улыбке.
– Лорд Аргондо! Вот уж не думал вас здесь встретить! И уж тем более не ожидал, что вы узнаете простого послушника, - Вирин сделал заметное ударение на этих словах и продолжил, не давая жрецу высказаться:

– Лорд Аргондо, этот мой друг Дарин Залесский, талантливый художник. Дарин, это лорд Артуан Аргондо. Когда-то давно он жил в Торне и заглядывал в храм, как все добропорядочные люди, но я и представить себе не мог, что он меня заметит и запомнит.

– Тебя сложно не заметить, - странно усмехнулся жрец.
– Ты здесь по своей воле, во имя веры или по поручению твоего… хм… верховного жреца Торна?

– По поручению, - коротко кивнул Вирин, и взгляд жреца стал понимающе насмешливым.

– И куда вы сейчас?

– Хотим найти ночлег на пару дней, а потом продолжим путь.

– Зря ищете, мои юные друзья. Таверны на Дархуре отвратительны и дороги. Если пожелаете, можете стать моими гостями. Я буду счастлив послушать хоть пару дней родную речь без этого жуткого рычащего акцента.

– Грешно отказываться от такого подарка судьбы, - обрадовался Вирин.
– Надеюсь, мы с другом сможем несколько скрасить ваш досуг.

– Расскажите, как там сейчас, в моём родном Лагодоле? Ведь десять лет прошло, как я его покинул, - вздохнул Аргондо, когда все трое уже сидели в карете, и колёса весело постукивали по мостовой.

– Десять лет?
– поразился Лонцо.
– И вы его узнали, случайно увидев на улице? У вас поразительная память на лица.

– А этот мальчишка не меняется, - хохотнул жрец.
– И потом, поживите с моё вдали от родины, и вы лагодольских воробьёв в лицо узнавать начнёте. Эх, вернуться бы в Горию хоть на полгодика…

– И что мешает?

– Верховному жрецу Безликого не место там, где властвуют Дети Гроз, - со вздохом проговорил Аргондо.

– Вы - жрец Безликого?
– поразился Лонцо.

– Конечно. Мальчик мой, мы не в Лагодоле. По-твоему, верховным жрецом кого я могу быть на Дархуре? Уж точно не ваших глупых Гроз.

– А что ж вы тогда в храме делали? В Торне, то есть?

– Я был тогда уважаемым вельможей, по крайней мере, в светлое время суток, и не посещать храм мне было неприлично.

– Ну и ну, - только и смог сказать герцог.

– А теперь рассказывайте вы, - Аргондо устроился поудобнее.
– Ехать долго.

Пока друзья рассказывали, стараясь ограничиваться политикой и не вдаваться в подробности собственных приключений, экипаж выехал из города и полетел по великолепно вымощенному тракту. Вокруг вздымались мрачные леса, кронами едва не цеплявшие облака. Стволы незнакомых герцогу исполинских деревьев казались колоннадой некоего величественного храма.