Гостеприимный дом мы покинули на рассвете и уже к вечеру следующего дня, сторонясь трактиров и перекрёстков, выехали на дорогу к форту. Свет багряно-золотого солнца, пробивавшийся сквозь молодую зелень, слепил глаза, и ехали мы молча, стараясь только обходить ловушки.

К обители мы выехали, когда последний луч скрылся за горными пиками. Ли махнул рукой кому-то в небольшой надвратной башне, и ворота почти бесшумно открылись. На просторном каменном дворе зажигались факелы, а на скрытом от нас углом башни плацу звенели клинки. Похоже, Фахир проводил урок. Мы спешились, передали поводья двоим подошедшим братьям и направились вглубь двора, туда, где пело оружие. Вынырнув из-за угла, мы увидели десяток молодых людей, разбитых по парам и сражавшихся одним и тем же набором движений. Увидев нас, они ни на миг не прервали занятий. Змей, видимо, никому не сказал, куда нас отправил. Сам он стоял к нам спиной, наблюдая за ближайшей к нему парой и давая какие-то указания.

Ли тронул Дэй Хорана за плечо, и тот шагнул вперёд. Никто не произнёс ни слова, но Песчаный Змей вдруг обернулся и молча, с ещё более каменным лицом, чем обычно, посмотрел на сына. А через мгновение заключил его в объятия. Мы единым движением опустили головы, потом смущённо переглянулись. В этот миг Дэй Фахир отпустил, наконец, сына и быстро оглядел команду. Он уже овладел собой, и на его лице вновь ничего нельзя было прочесть.

– Я был уверен в вас, - проговорил он через миг, - и я рад, что вернулись все.

– Мы не имели права на иное, - спокойно отозвался Ли и, услышав гулкий раскат гонга, добавил: - Мы как раз успели к ужину?

В просторном зале, освещённом десятком факелов и огромным очагом, собрались тридцать шесть членов братства. Широкий стол венчали два запеченных на вертеле кабана. Фахир, не терпевший вина, внезапно распорядился добавить к ужину несколько пыльных зелёных бутылок. Сам Змей сидел во главе стола, по правую руку от себя посадив сына, а по левую - Ли Сен Тана. Рядом с ним сидели мы. Илис и Джамит с упоением пересказывали главе наши похождения. Когда они дошли до отобранного браслета, Фахир перевёл внимательный взгляд на меня.

– Я начинаю верить в судьбу, - усмехнулся он.
– Разреши посмотреть.

Я щёлкнула застёжками и протянула талисман Змею. Чужой браслет, в отличие от моего родного, снимался легко и охотно.

– Тебя по нему не найдут?
– спросил Фахир, пристально разглядев его и вернув мне.

– Великий Дракон всегда знает, где находятся его воины, но едва ли кто-то осмелится спросить его, - отозвалась я, застёгивая талисман на руке.

Ужинали долго и весело, и в комнату команды мы поднялись уже поздней ночью. Дэй Хорана проводили за одну из многочисленных дверей, а Дэй Фахир поднялся к нам. Змей опустился за тот стол, за которым он так бурно спорил с Ли в день нашего отъезда, и внимательно нас оглядел. Мы молча расселись вокруг него, на что придётся.

– Вы вправе просить у меня всё, - сказал он после долгого молчания.
– Вы пришли оттуда, откуда до сих пор не возвращался никто.

– Мы пошли туда не ради награды, - покачал головой Ли.
– Я прошу только дней тридцать отдыха для моей команды, чтобы подлатать шкуру.

– Это само собой. И всё-таки, я жду, - непреклонно проговорил Змей.

– Отдайте приказ нашему веду будить меня на рассвете только в экстренных случаях, - весело блеснул глазами Джамит.

Фахир только фыркнул в ответ и поднялся.

– Как примите решение, дадите мне знать.

Он покинул комнату, и я, лишь миг посомневавшись, поспешила следом. Услышав хлопок двери за спиной, Фахир обернулся и неожиданно тепло улыбнулся.

– Решила?

– Давно уже. Вот только, боюсь, вам не понравится моя просьба, - я подошла ближе, чтобы можно было понизить голос. Впрочем, освещённый факелами коридор был пуст.

– Вспомнила заклятого врага?
– Змей поднял левую бровь.

– Не своего. Тот разговор, который подслушали мы с Ли… речь шла о молодом короле.

– Это я понял. А ты, стало быть, хочешь удержать корону на голове тигрёнка?
– взгляд Змея стал таким тяжёлым, что у меня едва не подогнулись колени. Я кивнула, и Фахир шумно выдохнул.

– Иди за мной, - он повёл меня по коридору к лестнице.

Я привыкла ходить быстро, но за стремительным гайратянином едва успевала. Кто бы подумал, что его тело хранит несколько кремниевых наконечников хорэмских стрел.

Миновав четыре этажа, мы поднялись на самый верх, и Змей распахнул ближайшую по коридору дверь. За ней оказалась ещё одна лестница, винтовая, уходившая в люк на потолке. Ступени зазвенели под тяжестью шагов главы братства, и через несколько мгновений мы оказались на башне. Силуэт в плаще на фоне звёздного неба приветливо кивнул. Змей подвёл меня к зубчатой стене. Я с трудом отвела взгляд от великолепного сияющего танца созвездий и посмотрела вниз. Отсюда, с высоты шести этажей видны были горы вдалеке. У подножия самой башни трепетали огни. Двор окружала массивная каменная стена. С трёх сторон форт обнимал лес, с четвёртой темнела расщелина, та самая, которая двадцать лет назад перерезала торговую артерию и сделала бессмысленным гарнизон в треснувшей крепости.

– Форт Годэ - весьма надёжное убежище, - заговорил Фахир, следя за перемещающимися по двору огнями.
– В братстве сорок четыре человека включая меня. Но даже с таким гарнизоном нужна армия, чтобы взять крепость. Именно поэтому нас до сих пор не тронули. Сложно. Дорого.

– Я думала, о вашем убежище не знают. Я, например, не слышала о том, что форт Годэ снова жив.

– Такими делами другое ведомство занимается. Твоей задачей были внешние враги. Ясное дело, о братстве никто не знает, но о том, что крепость, которая только считается непригодной, занята, догадываются многие. Особенно после того, как на этой дороге столько стражей нашли свою смерть. И я не могу быть уверен, что кто-то достаточно ловкий не обошёл все ловушки и не полюбовался на наши стены. До сих пор мы бились только с личными врагами. Побег с Архареса, конечно, наделает шума, но сбежал ведь не наследник престола, а всего лишь гайратский охотник. Если мы вмешаемся в игры на уровне короны, сюда придёт армия. Я давал обещание выполнить любую просьбу. Но ещё раньше я дал клятву беречь братство. Я не вправе ставить под удар тех, кто доверил мне свою жизнь.