– Если боишься, - серьезно сказал брат, - лучше держись от него подальше.

Скоро начались дневные ветра. Костер перенесли в Большую пещеру, и все перешли

туда.

– А где Эдева?
– спросил брат оглядевшись.

– С утра умчалась на охоту, - объяснила Норки, - она же не знала, что вы приедете.

– Удивительная девушка, - сказал Лафред, - кормит всё племя.

– Старухи не любят ее, завидуют.

– Пусть завидуют.

– Она нравится тебе, да?

– Такая славная девушка? Конечно.

– А почему ты не предложил ей свой пояс?

Лафред только грустно улыбнулся.

– Она даже не смотрит на меня.

– А она говорит, что это ты не смотришь на нее, - усмехнулась Норки.

– Эдева?
– удивился брат, - так сказала?

– Мы же с ней доверяем друг другу...

Лафред посмотрел как-то растерянно и отвернулся. Норки подумала, что из нее

получается неплохая сводница. Было бы прекрасно соединить брата и лучшую подругу! И

нянчить их детей... пока не будет своих.

– Где же она?
– спросил брат нетерпеливо.

Всё уже было съедено и поделено. Норки отложила ужин для подруги в деревянную

миску и прикрыла ее жестким лопухом.

– Эдева заезжает очень далеко, - сказала она, - даже к Кровавому водопаду. Говорят, там

вода с кровью течет.

– Знаю. Она заживляет раны. Но это, в самом деле, очень далеко и опасно.

– 97 -

– Эдева ничего не боится. Когда ее раздерет зверь на охоте, она едет туда и лечится.

– Да, - с тревогой и нежностью сказал брат, - Эдева ничего не боится.

**************************************************************

Мужчины заночевали в пещерах. Некоторые ушли к своим женщинам. Норки спала одна,

так и не дождавшись подруги и в очередной раз отказав Улпарду. Посреди ночи послышался

шорох. Входная шкура отодвинулась, пропуская в дуплину свет оранжевой луны. Норки

вскочила, хватая с полки нож, но тут же по запаху узнала Эдеву.

– Это ты, - выдохнула она.

Подруга не ответила, только упала на шкуры. В темноте было очень плохо видно.

– Ты ранена?
– забеспокоилась Норки.

– Медведь порвал ногу, - странным голосом сказала та.

– О, боги! Перевязать тебя?

– Всё уже прошло, не волнуйся. Я окунулась в Кровавый водопад.

– Я всё-таки взгляну!

Норки выскочила с масляным фонариком наружу, раздула угли костра, зажгла от них

фитиль. Сердце тревожно сжималось. Она всегда немного завидовала подруге: та была

сильнее, ловчее, выше ростом, шире в плечах, метче стреляла, но это не мешало ей любить

ее.

Эдева так и лежала на шкурах в сапогах, меховой безрукавке и шапке. Штаны были

порваны, правый сапог окровавлен.

– Ты убила медведя?
– спросила Норки, поставив фонарик на полку.

– Нет. Ушел.

– Сядь, я взгляну, что у тебя с ногой.

– Пустяки, царапина.

– Сними сапог!

Эдева села и разулась. У нее была порвана голень, но уже не кровоточила, а только

чернела спекшейся кровью.

– Следи за огнем, - сказала подруга, - а то вспыхнем как сухая хвоя.

Норки взяла с полки банку с мазью.

– Не вспыхнем. Давай смажу и наложу повязку.

– Теперь уж всё равно, - вздохнула Эдева.

– Лафред здесь, - сообщила Норки, - и все мужчины здесь... хочешь его увидеть?

– Теперь уж всё равно, - повторила подруга упавшим голосом.

– Ты что это?
– удивилась Норки, - что с тобой?

Молча и медленно Эдева сняла шапку. Из-под нее просыпались на мех безрукавки

совершенно белые волосы. Норки ахнула. Она была так изумлена, что поняла только одно:

никогда ей не свести ее подругу с ее братом. Она опоздала!

– Поздравляю, - пробормотала она, - ты и тут меня опередила...

Даже в полумраке было заметно, что лицо Эдевы стало совсем другим, белые волосы

сделали его мягким и женственным, только почему-то они не заплетены были в косу.

– Постой, - спохватилась Норки, - а где твой пояс?

– У меня нет пояса, - спокойно ответила подруга.

– Как это нет пояса?

– Ну, ты же видишь... Нет и нет.

– Но как же... как же ты, Эдева... Почему ты не настояла? Если он честный воин, он